29 июня, 2022

До свидания, хипстеры…

Похоже, старые добрые времена реальной экономики возвращаются. Мастерские в гаражах и клубы радиолюбителей — вот ближайшее будущее многих высокотехнологичных стартапов, ныне населяющих Силиконовую долину в США, респектабельные бизнес-акселераторы в Европе и модные московские коворкинги.
Image

«Золотой век» раздутой капитализации hi-tech-стартапов закончился во всем мире. На этот раз надолго.

В том, что экономика стартапов спустя 20 лет после краха доткомов стала очередным мыльным пузырем и пирамидой, виноваты, конечно, финансисты. Все складывалось как обычно: самые яркие проекты и идеи пиарились, привлекали инвесторов, выходили на IPO, расширялись, затем снова росли в цене, и превращались из бизнеса в абстрактную финансовую производную. Прибыль никого не волновала: фаундеры мнили себя супергероями и владыками нового цифрового мира, банкиры и владельцы венчурных фондов грели руки на ставках, инвесторы получал дивиденды, потребители в целом были довольны доступностью и ценой новых услуг (как в случае Uber). Сформировалась целая идеология и культура нового времени, повлиявшая на всю цивилизацию.

Конец эпохи «единорогов»

Стартап Rivian по производству электромобилей после IPO в 2021 году оценивался в $86 млрд. Дороже, чем Ford или GM. За первые три месяца 2022 года акции компании упали на 50%. Главный инвестор Rivian — Amazon — потерял на этом $7,6 млрд. Такое случалось и раньше.

Компании Uber и Lyft в 2019 году, до выхода на IPO, оценивались инвестиционными банками в $120 млрд и $150 млрд соответственно. Обе компании были убыточными. В 2018 убытки Uber составили без малого $4 млрд. Стандартные для традиционного бизнеса показатели доходности игнорировались, и рост числа пользователей был принят в качестве косвенного показателя будущей прибыльности. А она всё не наступала.

Время от времени все участники этого беззаботного хипстерского праздника жизни предупреждали друг друга о неминуемом крахе такой системы. Но когда этот крах в очередной раз не наступал, откровенно радовались. Глобальная пандемия только подогрела интерес инвестфондов к высокотехнологичным компаниям — 2021 год в США стал рекордным по количеству выходов компаний на IPO.

Но за взлетом наступило падение. В 1 квартале 2022 года на мировом рынке IPO была заключена 321 сделка на сумму $54,4 млрд долларов США, что в половину меньше, чем год назад. По данным CB Insights , глобальное венчурное финансирование за первый квартал этого года упало на 19%.

То, что это не просто замедление роста, а катастрофа говорит уже то, что под удар попали «старые» компании, которые развивались и росли в 2007-2012 гг. Акции Netflix и Peloton упали на 70% и 60%, Deliveroo подешевел на 58%, Spotify — на 61%.

Большинство бизнес-моделей модной сферы Web2.0., основанные на пользовательских действиях, монетизации  контента, подписках и доходах от рекламных показов вдруг стали несостоятельными. Из «новичков» повезло только тем, кто успел привлечь значительное финансирование год назад, и еще не успел потратить все деньги. Кризис для них тоже  наступит, но чуть позже. Печально и то, что глобально ситуацию не исправит даже традиционный американский подход к такого рода проблемам: включение печатного станка ФРС и раздача дешевых межбанковских кредитов в инвестбанки. А для Европы звоночек уже прозвенел. Недавно крупнейший хедж-фонд Bridgewater Associates миллиардера Рэя Далио сделал ставку более $5,7 млрд на падение акций европейских компаний.

Пострадают все

Может показаться, что нынешний кризис затронет только интернет-бизнес, онлайн-сервисы и агрегаторы услуг. Но нет. Рост цен на энергоносители заставляет вносить поправки даже в традиционные модели бизнеса, не говоря уж об инновациях. О каких «умных фермах» и AgriTech может идти речь, если сейчас в себестоимости большинства сельхозкультур больше половины составляют расходы на топливо и удобрения?

То же и с дорогостоящими наукоемкими технологиями. Самый сложный этап финансирования промышленных биотехнологий: переход от экспериментов к созданию работающих прототипов, позволяющих оценить коммерческую привлекательность и возможности масштабирования — в нынешних условиях становится почти фантастикой.

Чудес в природе не бывает, а законы физики и химии неумолимы. Всё больше стран отказываются дотировать электротранспорт и зеленую энергетику (например, Великобритания и Япония). Субсидирование строительства ветряных электростанций прекращается даже в сельских районах США!

Серьезное падение происходит и в таких традиционно близких к деньгам отраслях, как финтех. Массовые сокращения сотрудников идут в Klarna, Bolt, Fast и других платежных компаниях с миллиардными оценками. Аналитики рынка предрекают скорую массовую переоценку активов финансовых единорогов. Что совсем не прибавляет оптимизма их учредителям и инвесторам.

Что делать?

Главное отличие венчурного стартапа от традиционного бизнеса в том, что стартап является пирамидой просто по своей природе. От него не ждут получения прибыли здесь и сейчас. Он растет, привлекая все больше денег. Для инвесторов главное — либо успеть из него выйти раньше, чем стоимость компании начнет резко падать, либо дождаться превращения стартапа в традиционный бизнес со стабильной прибылью.

Главная проблема экономики стартапов – в системе их метрик и показателей. Когда вся бизнес-модель работает преимущественно на маркетинговых характеристиках, таких, как  CAC (стоимости привлечения клиента) и LTV (пожизненной ценности клиента), традиционным методам оценки места уже нет. Чаще всего к этому добавляется чисто механическое копирование абстрактных производных из учебников вроде показателей силы и узнаваемости бренда, и весь бизнес в результате строится вокруг рекламных бюджетов.

Особенности целевой аудитории для стартапов учитываются тоже далеко не всегда. Если продукт совершенно новый, чаще всего его подстраивают под первых клиентов. Но первые клиенты всегда — склонные к риску новаторы со своим специфическим  взглядом на вещи. Это далеко не массовая аудитория, к которой зачастую нужны совсем не новаторские подходы. Поэтому множество стартапов гибнет (и будет гибнуть) именно на этапе «приземления», когда оказывается, что продукт попросту неправильно продвигался.

В целом всё идет к тому, что венчурные фонды в корне поменяют свою политику финансирования, вернувшись к традиционным методам оценки. Как недавно заметил глава шведской венчурной компании Pale Blue Dot Хампус Якобссон, за последние два года он не встретил ни одного стартапа, чьи основатели до первичного размещения хотя бы слышали о методе дисконтированных денежных потоков. Поэтому в оценке стартапов из двух приоритетов: роста и монетизации — следует выбирать все-таки монетизацию.

А значит универсальный совет стартаперам — изучайте классическую экономику и применяйте понятные методы оценки своего бизнеса. Начните с простого: ревизии и оптимизации денежных потоков. Определите, в какие подразделения и на что деньги должны поступать всегда и безусловно.

Сосредоточьтесь на своем УТП — уникальном торговом предложении. Занимайтесь тем, что люди будут покупать сейчас, а не в далекой перспективе. Задумайтесь о том, что после пандемии и нынешнего кризиса покупательское поведение сильно изменилось и продолжает меняться. Даже те знания о клиентах, которые были у вас год назад, сейчас уже неактуальны. В нынешних условиях выживет тот, кто быстрее получит и внедрит новые знания в практику.

Наладьте документооборот и приведите в порядок расчеты, чтобы избежать кассовых разрывов. Сократите необязательные расходы, автоматизируйте стандартные операции, и еще раз: оценивайте свой бизнес с точки зрения реальных денежных потоков, а не маркетинга. Помните: cashflow — это святое!

Поделиться статьей